Ищите прекрасную даму

В воздухе пахнет средневековьем, чувствуете? Или это потому мне исполнилось тридцать один… Я дарю миру эту средневековую сказку, которая хоть и написана пять лет назад, но до сих пор меня очень веселит. Увидела я эту историю в узорах плесени замков долины реки Луары. Оттуда часть фотографий.


Никогда не знаешь,

Где найдешь, где потеряешь…

Из песни аквитанских трубадуров

Давным-давно проходил как-то один трубадур мимо королевского дворца. Его мучили голод и рана в левой ступне: подошва совсем протерлась и не защищала от острых камней мостовой. Он сел на землю — передохнуть, почесаться, и, кто знает, может, набрать немного монет в старую шляпу. Трубадур задрал голову, и солнце ослепило его. Он загородил желтый кружок на небе ладонью, чтобы рассмотреть дворец. Увы, за узорчатой решеткой резиденции короля Трубадур ничего толком не разглядел. Зато во всю позолоченную мощь над воротами сверкала надпись: «Король рожден повелевать!»

Трубадур запустил пятерню в спутанную шевелюру, распугал вшей и задумался:

«Ну, почему же я не рожден королем? Повелевать ведь совсем несложно, а жизнь у тебя, точно сказка: то пир, то охота, то женщины, то турниры…»


А, действительно, почему кто-то приходит в мир королем, а кто-то — его лесничим? Учитель истории вам на этот вопрос ответил бы десятками теорий, некоторые из которых стоили тысячи жизней. Но в те незапамятные времена, к которым мы, последние романтики, обращаемся в своих фантазиях, для объяснения сложных философских вопросов писали сказки. И правильно делали. Сказкам мертвые не нужны, сказки предпочитают живые сердца. А у вас какое?

Одна из таких волшебных историй начинается умилительной картиной: души маленьких детей, точь-в-точь херувимы с открыток, нежатся на небесах и по очереди отправляются навстречу счастливым родителям.

Но тут один из них, четвертый в очереди, увидел, что через несколько секунд королева должна родить первенца. Он делает решительный скачок и отталкивает первого у края облачка. Но его хватают за локоны и оттаскивают назад апполончики под номерами два и три.

«Драка — это же лучший способ скрасить скучное ожидание!» — вихрем пронеслось в кудрявых головках и вот уже по облакам перекатываются шарики дерущихся пупсиков. Во все стороны летят белые хлопья. Королева, измученная долгими родами, услышала шум дождя. Это как будто придало ей сил.

В жесткой рукопашной ангелочков один крошка стоял в стороне и совсем не возражал подождать родов жены лесничего. Но на него навалилось сразу несколько белокурых бестий, и он, не удержавшись на своем облачке, свалился вниз. Прямо навстречу счастливым королю и королеве.


– Король рожден повелевать, а не по лесам бегать! – кричала Лукреция.

Идеальные изгибы ее бархатного тела украшали лишь жесткие отблески огня камина.

– Приказываю тебе прекратить истерику и обнять меня, — ответил король. Его звали Артур.

– Артур…

– Чего?

– Ну, Артур…

– Ну, чего, Лукреция?

– Можно я останусь во дворце?

– Нет – все придворные дамы едут, и ты поедешь.

– Артур, там холодно.

– Я знаю. Поэтому ты мне и нужна. Лошади будут готовы через час – иди собирайся.


Там было холодно. Промозгло. Насквозь. Край болот и лесов. Лучшее место для охоты во всем Королевстве. Суровый замок слегка покачивался, принимая от трясины земную дрожь. Каменную громадину король посвятил своему любимому занятию. Башни торчали из замка, словно оленьи рога. Но в них никто не жил, кроме пауков. Ведь протопить с трудом удавалось лишь одну залу на первом этаже. Потому-то Артур и брал с собой всех своих фавориток. Ничего так не греет, как обнаженная женщина. А когда их четырнадцать… Нет, наш король не был бабником. Он был охотником. Страстным и хладнокровным.

Только на взмыленном коне, перемазанный болотной жижей, окруженный сворой одуревших собак, Артур чувствовал себя истинным королем. Никто не дает такой невероятной власти, как загнанный зверек. Он знает больше тебя. У него есть высшая ценность человеческого… звериного бытия… Свобода. Он волен выбирать, решать, обманывать, издеваться… Жертве даруется высшая милость. Быть всем. Целью и смыслом. Зверь благодарен охотнику. Если тебя преследуют, значит, ты чего-то стоишь. Артур видел эту благодарность в затухающих глазах оленей и фазанов. Они, как настоящие рыцари, умирали на поле битве, в лучах славы, их тело становилось не гниющим трупом, а трофеем и пищей.


Нежные ротики придворных дам облизывали блестящие от жира пальчики. Охота закончилась, как обычно, триумфом короля. Олень был превосходен. Артур, с полным кубком, пошатываясь, приподнялся из-за стола.

– Я хочу выпить… за этого оленя. Он был невероятно красив, милые дамы. Вы влюбились в него, если бы успели разглядеть. Ведь он быстрый как черт… И белый, как ангел… Когда я догнал его и уже вонзал нож ему между ребер, я заметил…

– Артур, ну зачем такие подробности…

– Лукреция, иди грей кровать, если не хочешь слушать. О чем я говорил? Ах да — умирающие олени всегда выглядят благородно, а этот был невероятен. Нож касается его сердца, а как будто моего. Укол. Я дергаюсь. Мы встречаемся с ним глазами. Один глаз у него зеленый, один карий… и еще один… черный. Я разрывался, понимаете, между тремя глазами. Да-да… вы скажете, устал, запыхался, а сейчас еще и много выпил, а у оленя шерсть на лбу вихрится… Но, шерсть, тысяча чертей, не смотрит! У паука до черта глаз, и что с того? Еще ни одно разумное существо не смотрело на меня тремя глазами. Там, если честно, и двух бы хватило – олень смотрел, как человек… поумнее… некоторых, но третий глаз добивал без ножа…

Окинув мутным взором ничего не понимающие лица своих подданных, Артур опустился на лавку и залпом опустошил кубок. Олень был уже давно мертв, и часть его – в желудке короля. А взгляд – в сердце. Нет ничего тяжелее, чем проколотое без ножа сердце. Вынимать нечего, умирать не от чего, а боль навсегда.


Нет ничего скучнее, чем проколотое без ножа сердце. В любой таверне вам расскажут тысячу пронзительных историй о пронзенных сердцах. Наша история, слава богу, не про них. Наша история про лишние глаза. Как вы думаете, для чего нужен третий глаз? Нет, совсем не для того, чтобы пялиться на кого-то перед смертью. Третий глаз, как часто бывает в сказках, оказался волшебным. Третий глаз – это всегда связь между мирами. Спросите у йогов, если не верите. Олень открыл дверь. Артур преувеличил – сердце щемило не от острия металла. В груди у короля всего-навсего скрипели петли. Их надо смазывать, мы об этом забываем. Потому и двери в наши сердца открываются болезненно и со скрипом.

Пересказывая события охоты, Артур умолчал об одном значительном факте. Иначе все точно бы решили, что король тронулся умом. Умирая, Олень говорил с Артуром.

– Догнал, каналья, – молвил Олень.

– Я всех догоняю, – ответил Артур.

– На лошади, с собаками и свитой?

– Не я это придумал – такие правила.

– Забудь про правила, — сказал Олень и умер.

Король лежал на огромной кровати в окружении четырех женщин (он был не жадный – свита тоже устала и замерзла) и повторял разговор с Оленем в голове, пытаясь найти здравое объяснение своему смятению. К нему прильнула Лукреция. Она всегда спала только в его кровати.

– Артур…

– Чего?

– Тебе 26!

– Ты даже не представляешь, от каких важных мыслей отвлекла меня.

– Ты думал о свадьбе?

– Почти…

Лукреция села на кровати, чтобы Артур мог видеть ее грудь. Это был единственный способ завладеть вниманием короля.

– Артур, твоя мама беспокоится. Тебе давно пора выбрать супругу.

– Ты согласна стать моей женой?

– С превеликой радостью, мой король, но я с двенадцати лет замужем.

– Ну, ладно, – сказал Артур и мысленно возвратился в лес.

Лукреция чуть нависла над ним, чтобы ее слова были еще весомее:

– Мой король, не престало ли вам, славному и светлому, Артуру Бесстрашному, участвовавшему в стольких битвах и завоевавшему непререкаемый авторитет своему королевству, послужить примером благочестия и праведности, разумности и целомудрия… Артур, перестань кусать меня за соски… И найти для себя достойную избранницу… Ау, больно… порадовать любимую мать и все королевство наследником… бесстыдник чертов…

Этот разговор так и остался лишь прелюдией, если бы его не услышал Паук. У пауков, кстати, нет ушей, а только волоски на лапках. Они ощущают звук и убегают, если он им кажется опасным. И как членистоногий с собой ни боролся, но после слов «свадьба», «женой» и «избранницу», Паук задвигал волосатыми лапками так, что за считаные секунды добежал до леса. Наутро все звери в радиусе десяти километров знали, что король ищет себе жену. Эта новость так и осталась лишь сплетней, если бы мрачные стены замка не огласили звуки лютни Трубадура.


Иногда бывает так, что просыпаешься после затяжного празднования в большом сером замке, видишь вокруг себя много красивых женщин, слуга приносит кружечку подогретого пива, ты делаешь первый глоток и… выплевываешь. Совсем не потому, что теплое пиво с утра моветон. В те славные времена еще не было кофе и чая, сырая вода являлась источником заразы, а лошадью можно было управлять в любом состоянии. Так что если в нашей сказке вы утром попросили попить, то вам принесли бы пива.

Так что же случилось с Королем?

После событий вчерашнего дня в нем проснулась необычная жажда, и пиво ее только усугубило. Артур не сразу понял, в чем дело, но постепенно осознал ужасную истину. На охоту не хотелось… и Лукрецию тоже не хотелось.

Душа требовала чего-то иного…

Лукреция неслучайно была назначена главной фавориткой Короля. Природа одарила ее не только красивой грудью, но и умом. Она славилась среди придворных своими мудрыми изречениями, одно из которых гласило: «Когда мужчина отказывается от пива, охоты и женщин, то самое время приглашать трубадура».


Когда душа тоской живет,

Когда измучена душа,

То трубадура он зовет.

И входит труженик смиренный,

Хотя… Поэт он несравненный,

И начинает свой напев

Про жизнь, про подвиги, про дев…

Сперва о доле королей

Поэт расскажет не спеша.

О череде тяжелых дней,

Когда в заботах утомленный

И в битвах страшных закаленный

Король душою одичал

И заскучал…

А где причал?

Кто короля от мук спасет?

Кому, душою трепеща,

Весь мир к ногам он принесет?

Пред кем застынет изумленный…

Чьей красотою ослепленный

Король забудет ворох бед

И поражений, и побед…

Прекрасней сумрачных болот,

Как лань лесная хороша,

Ее достойный лишь найдет!

И взглядом нежным вознесенный,

И взглядом властным покоренный,

Он рай найдет в ее глазах,

А все другое – тлен и прах.

…………………….тлен и прах.

– Счастливейший из смертных, что за туча омрачило твое чело? Прикажешь казнить трубадура? – спросила Лукреция.

Король сидел на сундуке и теребил за ухом любимую гончую:

– Нет, пусть скажет, где ее найти.

– Кого? — спросил трубадур

– Ну, ту, глазастую… о которой ты пел.

– Я рад, что мои скромные песни так вдохновили ваше Величество, но это лишь выдумка, игра воображения, фантазия.

– Казните трубадура, — отрезал король.

– Чем скуднее твоя фантазия, тем в большей ты безопасности.

Король оглянулся:

– Кто это сказал?

– Что сказал? – подошла Лукреция.

– То есть это не вы про казнь сказали, а некто другой? – обнадеженно спросил певец.

– Кто сказал про фантазию после моего приказа тебя казнить?

– Ааа… это были хорошие слова? — уточнил трубадур.

– Да что, моя собака, что ли, со мной разговаривает? – заорал король. ­

– Да, да, и еще немного загривок…

Артур был достаточно сообразителен, чтобы соединить два разговора: сначала с оленем, а потом с собакой, и сделать соответствующие выводы.

– Все-таки я сошел с ума, — пронеслось в его голове.

Но он не стал рассказывать об этом людям, окружавшим его в большой зале, и отправился к другим собеседникам – в псарню.


Собакам короля живется хорошо: свежее мясо, подстилки из соболиных шуб, почтительное отношение. Но и среди них можно найти неблагодарную суку. Она-то и приняла участие в заговоре, который был разработан этой ночью лесными животными сисходя из пяти фактов:

  1. Король заглянул в третий глаз Белоснежного Оленя и теперь слышит голоса животных.
  2. Королю давно пора жениться.
  3. Трубадуры всегда поют об одном и том же. Сочинять, как ни прискорбно, любят в лесу – трясогузки млеют, остальные вешаются.
  4. За лесом, где оканчиваются владения Короля, живет одна девушка, особенная.
  5. Король – злостный истребитель лесных животных и заслуживает самой ужасной кары.

Поскольку коварный план формировался спонтанно, то был наспех назван по предложению самой вякающей птицы: «Заговор сумрачного леса». Впечатлительные дамы, эти трясогузки. Заговор был не так-то прост в исполнении, и лесным животным понадобился королевский прихвостень.


Королю понравилось разговаривать со своими собаками. Не то, чтобы точно таким же – бессовестным и дружным лаем – им не восторгались подданные. Но Артур еще не познал звериного двуличия и искренне верил гончим.

– Как вы прекрасны, наш король!

– Когда, когда, когда охота – мы ждем новых славных подвигов!

– Очень вкусно кормят на псарне короля!

– Сдается мне, бобер знает, где найти Прекрасную Даму…

– Что за дама? Какой бобер? Где он? Да кто это сказал, черт побери? – у Артура снова защемило сердце.

Но больше реплик у продажной суки не было…

Это начинало напоминать охоту. Найти бобра, вытрясти из него все, что тот знает, и отправится на поиски той, к чьим ногам не жалко принести целый мир. Король вновь обретал смысл жизни. Только на этот раз он был не охотником, а жертвой. Жертвой «Заговора сумрачного леса»…


Артур отправился в лес пешком и в одиночку. Свита, лошади, собаки, копья и арбалеты – все это абсолютно бесполезно в поисках возлюбленной. Король взял с собой лишь храброе сердце и меч.

Лес показался ему недружелюбным. Сосны смыкались над головой, заслоняя серое небо. Птицы, согласно заговору, не пели. Они могли сболтнуть лишнего. Разрешено было только стучать дятлу и ухать филину.

Артур узнал тропинку, ведущую к реке, вдоль которой бобры строили хатки. Но боялся, что путь проходит через болота. Король посмотрел наверх, сосны над головой слегка кружились.

– Надо было что-то поесть, кроме теплого пива, — подумал он.

И закричал:

– Кто знает, где искать бобра?

– Конечно, ваше Величество, так мы вам все и рассказали… – не выдержала Трясогузка.

– Клюв защемила! – различил Артур в уханье Филина.

Король начинал больше понимать происходящее.

– Господа лесные жители! У вас судя по всему есть план. Может быть, вы даже хотите меня убить. Но тем интереснее игра, предложенная вами. И вам же будет обидно, если я утону в ближайшем болоте, так и не услышав всех заготовленных для меня реплик…

Тишина. Трясогузку разрывало, но в нее уже прицелилась шишкой Белка.

Артур пошел по тропинке к реке. Под ногами хлюпала нетвердая почва.

– Прекрасней сумрачных болот…

Именно о такой девушке мечтал Король. Чтобы не знать, что будет после следующего шага: упругая кочка или зыбкая смерть? Предсказуемость и покорность – вот удел сильных мира сего, и даже количеством обнаженных красавиц ситуации не исправишь.

Тропинка оказалось послушной, как фаворитки короля, и вывела его к реке.

Бобры, правда, в ряд не выстроились.

Артур пошел вдоль берега и увидел хатку, над которой витало облачко пара.

– Бобер, просто скажи мне, где искать Прекрасную Даму, и я не буду рушить твое жилище.

– Сколько, скотина, уже порушил!

– Не я, Бобер, придумал, что у тебя такой теплый мех, а зимы такие холодные.

Пар из хатки повалил сильнее. Бобер возмущенно пыхтел. Король сказал мягко:

– Может, если я встречу Прекрасную Даму, то стану гуманнее?

Дятлы застучали сильнее, опасаясь, что Бобер сорвет весь план.

– Иди вдоль реки, по течению, пока не увидишь поваленное дерево – по нему переправишься на другую сторону. У меня все, – сказал Бобер.

– Подожди, а у кого спрашивать потом?

Но Бобер уже пробирался подземными тропами к воде, чтобы успеть первым добраться до дерева.

Король пошел вдоль реки. Сумерки сгущались, становилось все холоднее. Одна надежда, что волки тоже приняли участие в заговоре. Артуру нельзя было останавливаться – лес уже наполнился звуками конной погони и криками Лукреции. Больше всего королю хотелось просто шагать вдоль реки, похрустывая ветками. Навстречу приключениям, навстречу прекраснейшей из женщин. Может быть, если повезет, ее будет охранять Дракон. Артур почувствовал себя в безопасности в лесу, как в детской сказке.

Вопреки нашим романтическим представлениям, жизнь средневековых королей не была чередой прекрасных подвигов. Артур до сих пор не мог понять, в чем смысл Крестовых походов. Конечно, не до размышлений было в азиатскую жару в железных доспехах, когда на тебя несется отряд сарацин. Но потом, отмывая меч от крови, Король подолгу думал, кто из них прав: тот, кто пришел разрушить хатку или тот, кто живет в ней?

Подвиг – это когда борешься с абсолютным злом – чудовищем каким-нибудь, орком… драконом. Средневековые подвиги пахли настоящим потом и кровью, а в лесу пахло хвоей.

– Если пожелает мой Король, мы прикажем устлать все полы в вашем дворце еловыми ветками, – нашла бы выход Лукреция.

Но запах подобострастия Артуру нравился меньше всего.

Когда в небе начали загораться первые звезды, Король увидел поваленное дерево.

Река в этом месте была широкой, с бурным течением. Ствол выглядел слишком тонким для переправы. Но крики Лукреции становились все отчетливее, и Артур решил действовать. Конечно, пришлось передвигаться отнюдь не так изящно, как можно было бы нарисовать в книжке – ползком, обхватив ствол руками и ногами. Дневные животные завидовали ночным хищникам, которые могли ясно видеть короля-гусеницу. Но даже это не спасло Артура от мести Бобра. Король сначала услышал легкий хруст, потом дерево под ним чуть-чуть подалось вниз, заставив сильнее вцепиться в ствол, секундная пауза… последние древесные волокна порвались, и вода заполнила уши, глаза, рот и ноздри искателя приключений. Бобер торжествовал. Некоторые звери бежали вдоль течения, следуя за беспомощно бултыхающимся Королем. Некоторые отправились спать, решив, что даже если злостный истребитель и захлебнется, то тоже хорошо. Больше всех волновалась Трясогузка, потому что она была следующей частью заговора.


В ясную звездную ночь, уютно устроившись между зубьями стены донжона, особенно хорошо ждать принца. Босые ноги ласкает ветерок и можно, наконец, убрать челку с лица и смотреть во все глаза.

– Интересно, а бывают крылатые лошади… – фантазировала Элен.

Ее воображение рисовало парящий силуэт всадника в ореоле звезд. Копыта лошади слегка касаются верхушек этих проклятых сосен, и они молниеносно сгорают дотла. Лес Элен ненавидела. Дремучий, он окружал ее замок плотным кольцом и продолжался на неподвластное взгляду расстояние. Девушка несколько раз пыталась убежать из замка, но как только она хоть немного углублялась в чащу, отовсюду доносились недружелюбные голоса…

– Опять прется…

– Все из-за нее…
– Может, съедим девчонку, или пусть волки давятся?

Элен была совсем неглупой и догадывалась, что звериная ненависть к ней – прямое следствие истории с оленем…


Сначала Артур почувствовал резкий удар в грудь и треск собственных ребер. Руки обхватили что-то твердое. По склизкой коряге королю удалось выбраться на берег. Он смертельно устал и тут же заснул, несмотря на вопли Трясогузки над ухом.


История с оленем началась двадцать лет назад. Мама Элен, Гертруда, влюбилась… Это было необычное, но оттого еще более волнующее чувство. Статный и белоснежный, он понимал ее как никто другой.

Мудрый и внимательный, Олень гулял с ней и подолгу разговаривал, тогда как муж, Ричард, даже если и возвращался из очередного похода, то упивался элем и уезжал на охоту. А потом снова праздновал и седлал коня для следующего ужасно важного сражения.

Постепенно общение с Оленем переросло в нечто большее. Глубоким, страстным натурам частно присущи необычные увлечения. Гертруда все чаще стала гулять в лесу без служанок.

– Пусть себе гуляет, – подумал бы Ричард, если заметил, но даже этого не произошло. Испокон веков женщины за невнимание своих мужчин мстили разного рода прогулками.

Cпустя год, беззаботное счастье всех участников этой истории закончилось.

В ту роковую ночь 3 события последовали друг за другом:

  1. Дыхание Гертруды прекратилось навсегда.
  2. На всю округу раздался пронзительный крик новой жизни.
  3. И еще один крик, точнее, оглушительный мужской рев: «Да это олень!»

Ричард несколько преувеличивал. У его дочурки всего-то и были маленькие рожки на голове и милый пушистый хвостик. Девочку назвали Элен. В лесу эта новость распространилась мгновенно (пауки, знаете ли, вездесущи), и каждый второй олень с гордостью заявлял, что именно он поимел господскую жену. Но уже через несколько часов семейству парнокопытных стало не до смеха. Ричард отправился на охоту, и она была удачной. Ярость, вопреки расхожему мнению, не ослепляет. Этой ночью оставшиеся в живых олени навсегда ушли из окрестных лесов. Остальные пострадавшие животные затаили злобу на всех обитателей замка.


Артур проснулся. Теперь он был согласен с Лукрецией – в этих краях очень холодно. Его лихорадило. Когда же слуга принесёт кружку тёплого пива?

– Если решишь три загадки, узнаешь, где находится замок Прекрасной Дамы! Да-да! — запищало у него в правом ухе.

Артур попытался открыть глаза. Веки удалось разомкнуть не сразу. Значит, начинается глазная жаба. Если вовремя не начать промывание, то вскоре уже ничего не разглядишь. Первый раз он заболел в Крестовом походе, и только пленный арабский доктор помог ему. Артур отпустил его за несколько бутылей с драгоценной жидкостью, которые до сих пор лежали в сундуке его спальни. Когда отправляетесь на поиски Прекрасной Дамы, не стоит пренебрегать аптечкой.

– Если решишь три загадки, то узнаешь, где находится замок Прекрасной Дамы, – в голосе Трясогузки послышались истеричные нотки.

Артур повернул голову и сквозь гнойную пелену различил силуэт маленькой птички.

– Я слушаю.

– Итак, загадка первая. Когда рыцарь видит Прекрасную Даму у него поднимается?

Король, несмотря на своё бедственное положение, рассмеялся.

– Забрало, что ли?

По надутому виду Трясогузки стало понятно, что Артур угадал.

– Загадка вторая – когда Прекрасная Дама видит рыцаря, у неё поднимается…

Артуру начинала нравиться эта птичка. Она оказалась способна поднять ему…

– Настроение?

Трясогузка принялась ходить из стороны в сторону. Всё шло слишком быстро. И она загадала самую сложную загадку из всех, которые знала.

– Что выше небес и ниже морских глубин, что светлее солнечных лучей и темнее мрака дупла белки, что есть у лебедей и гусей, но недоступно бедным трясогузкам…

Артур задумался… начало было вполне очевидным, но продолжение настораживало.

– Может, любовь?

Для Трясогузки всё было кончено. Артур заметил это и решил как-то поддержать бедняжку.

– Ты ведь трясогузка, да? Почему тебе любовь недоступна?

– Потому что у лебедей, сволочей белоснежных, на всю жизнь пара образуется, а у меня – каждую весну другой прилетает. Я его спрашиваю, где тот, с жёлтой грудью – а он мне отвечает: «Мы поменялись». Они, сволочи этакие, поменялись!

– Бедная трясогузка… а куда мне идти?

– Иди… от реки – по этой тропинке, потом в тебя начнёт бросаться шишками белка, потом окружат волки, чтобы запугать тебя до полусмерти. Но есть тебя никто не будет, потому что ты ещё должен дойти до того замка, где живёт эта странная… принцесса с…

Трясогузку сшибло с ног и откинуло в сторону. Шишка была выбрана самая тяжелая.

Артуру стало жалко птичку. Она была похожа на придворных дам, а он уже скучал по дому. Король взял птичку в руку, посадил на сгиб локтя и погладил.

– Побудь пока со мной.

Артур поднялся и заковылял в указанном направлении. Каждый шаг простреливал болью в груди. Дышать приходилось осторожно и неглубоко. Свободной рукой он то ломал ветки впереди себя, то протирал глаза от гноя. Чтобы поменьше трястись от мокрого холода, король мечтал:

– Надеюсь, эта странная принцесса с настоем целебных трав, или с камином, или с чем-нибудь тёплым и пушистым.


Малышка Элен гуляла по замку и гадала, какая же из шкур оленей – её отца. Ричард, конечно, не собирался ей всё рассказывать, но он так часто пил, что вместо детских сказок она каждый раз слышала историю о вероломной матушке и о подлом животном. Но однажды ей повезло. Когда девочке исполнилось пятнадцать лет, а Ричард отправился в очередной поход, в замок забрёл трубадур. Его хотели за что-то сжечь или отрубить голову, но он сбежал и искал приюта. Элен с радостью впустила юношу, и для неё настали волшебные времена. Она узнала о принцессах в замках, которых ищут их принцы. Девушка обрела смысл жизни. Ей было немножко обидно, что у неё нет дракона. Видимо, это слишком элитарно.

– Вы великолепно рассказываете. А вы не знаете ничего о говорящих оленях? — спросила она Трубадура.

– Нет, такой песни не слышал. А вы встречались с ними? Расскажите! Могу сочинить.

– Да нет, наверное, приснилось. А о дружбе дамы и какого-нибудь животного не знаете?

– Ну, с единорогом… но там ничего конкретного.

Даже то, что её история не вписывалась в фольклор, не расстраивало Элен. Она так сдружилась с Трубадуром, что решилась снять с головы изящную шляпку, призванную скрывать рожки. Но тут вернулся из похода Ричард и когда узнал, что какой-то мужик проводит время с его дочерью – прогнал певца куда подальше.


На Артура обрушился град шишек. Он пообещал себе, что если выберется живым из леса, то выкинет к чертям свою беличью накидку. Вскоре появились волки. Но даже запланированные волки всё равно настораживают. Меч, видимо, покоится на дне реки. Голыми руками, со сломанным ребром и глазной жабой, Артур не рискнул бы схватиться даже с одним из них. А волков было по меньшей мере два десятка. Король огляделся. Плотным кольцом его обступили тёмные дебри, где во мраке сверкают глаза волков. Король знал, что над ним в ближайшее время будут издеваться. Его доведут до грани, но оставят в живых.

Пожалуйста, пусть моя Прекрасная Дама окажется хотя бы такой же красивой, как Лукреция и не замужем, — мелькнуло в голове короля.

Ровным кругом волки смыкали ряды. Когда их пасти оказались на расстоянии нескольких метров, Артур различил в рычанье слова:

– Нам плевать на то, найдёшь ты Прекрасную Даму или нет. Нам плевать на твою королевскую жизнь. Мы не будем тебя запугивать и пытаться унизить. Ты просто сразишься с одним из нас – на равных, как должно это делать настоящему рыцарю, а не жалкому подобию мужчины со свитой и сворой собак.

– Эй, волки, я же вам ничего не сделал – мясо у вас, прямо скажем – не для королевского стола! – попытался разрядить обстановку Артур.

– А кто сказал, что ты будешь драться с волком?

И тут Артур увидел Кабана. Достаточно короткого взгляда на его морду, чтобы понять: животному не ведомо значение слова «заговор», а тем более животное не волнует встреча короля и Прекрасной Дамы.

– Вот тебе и дракон, – подумал Артур, морщась от зловонного дыхания клыкастого рта.

С волком хотя бы была призрачная надежда порвать пасть… Артур сделал попытку избежать схватку:

– Подождите, а если, ну, станет понятно, что я проигрываю, то что? Я бы просто сразу признал свое поражение и всё такое…

Кабан, видимо, был неразговорчив, так что отвечали волки, постоянно перебивая друг друга.

– Ты всё ещё веришь в какой-то там заговор?

– Трясогузка прекрасно справилась со своей ролью – она заманила тебя в самую чащу, где уже никто не сможет спасти любимого короля.

– Ты действительно думал, что нам есть дело до твоей сраной дамы?

Это было уже слишком для рыцаря, не пропустившего ни одного Крестового похода.

– Не сметь её оскорблять!

– Кого? Ты про кого?
– Про мою Даму!
– И как её зовут? А? Не слышим?

– Прекраснейшая из смертных имя ей, и вы обязаны перед ней извиниться.

Лес наполнился мерзким, с поскуливанием, волчьим смехом.

– Я готов к схватке – дайте знак этой безмозглой громадине атаковать! — произнес король.

Кабан начал пятиться назад. Артур подумал, что его решили пощадить. Он пристально следил за неуклюжими движениями соперника. Все охотничьи книги и предания абсолютно схожи во мнении: на кабанов лучше всего не охотиться. Они свирепы, быстры, непредсказуемы и… непробиваемы. Подкожный жир, толстая шкура и нарост грязи и насекомых образует на животном крепкий панцирь, который с трудом можно разбить даже на бездвижной туше.
Трясогузка вспорхнула с руки Артура. В движениях кабана произошла разительная перемена. Неуклюжая громадина стремительно приближалась, набирая скорость. Артур действительно был хороший охотник – в критических ситуациях он не знал страха и боли. Ум наполнился ясностью, и тело стало чеканно исполнять его команды. Король отчётливо понимал, что кабан собирается насадить его на клыки, и бегство улучшит ситуацию ровно настолько, насколько вспоротая спина лучше, чем вспоротый живот. Когда противник был всего в нескольких метрах и уже не мог изменить направления, Артур рванул вбок, левой рукой поймал клык кабана и запрыгнул на спину животному. Это было самое сложное, что случалось Артуром в жизни: сидеть на вонючем кабане, припадать губами к грязному загривку и скользить руками по клыкам и морде в поисках бусинок глаз. Но он справился!

Ослеплённый кабан пришёл в бешенство. Теперь не было и мысли о продолжении заговора. Артур, отброшенный в сторону самых буйных зарослей, за мгновение поднялся и начал продираться сквозь чащу. Кабан метался по поляне, и никто из волков не отважился пересечь поле битвы и преследовать короля.

Заросли разрывали в клочья одежду и кожу. В собственной крови и грязи кабана, дрожа от холода и страха, со сломанным ребром и гноящимися глазами Артур шёл навстречу прекраснейшей из смертных.


Давно уже покинул замок Элен тот трубадур. А после его ухода все начали умирать – сначала отец, потом прислуга, а потом и жители деревни. Бесконечные дни Элен копала ямы для почерневших трупов и думала, почему же Трубадур не рассказал ей об этом в своих сказках. Или Ричард – это было в духе его мрачных интерпретаций истории с Оленем и её мамой. Может, есть способ победить заклятье злой ведьмы и оживить хоть одного человека? Но беглый менестрель, как вы уже поняли, сам был частью этой средневековой сказки под названием чума. Наверное, принцесса-олень обладала каким-то особым иммунитетом и не заметила лёгкого недомогания. Хотя заклятье умереть в глубокой старости, прожив всю жизнь одинокой в мрачном замке, окруженной ненавистным лесом, могла наслать только самая бессовестная ведьма в мире.

Противостоять обстоятельствам можно только одним способом – верой. Элен верила в Прекрасного Принца, который ищет её. Она наполнила свои дни кипучей деятельностью: ухаживала за оставшимися животными, развела огород, пекла хлеб, украшала замок цветами. Из последнего похода Ричард привёз несколько сундуков тканей, и Элен сшила себе новые платья. Каждый вечер, даже в дождь, она гуляла по широкой стене между башнями, а потом садилась между зубьями стены донжона и всматривалась в даль. Элен не боялась, что он не придёт. Элен боялась, что пропустит его появление – ведь замок окружён лесом со всех сторон, Прекрасный Принц может появиться когда угодно и с какой угодно стороны света.

– Лучше бы на закате, – мечтала Элен.


Солнце клонилось к закату, но Король этого не заметил.

«Прекрасней сумрачных болот

Как лань лесная хороша

Её достойный лишь найдёт…»

В Cредние века даже мужчины верили песням трубадуров.

Артур не понимал, кто, чёрт побери, достоин, если не он?

Что за человек-кабан, которого не превращают в месиво эти деревья-убийцы?

Настоящий рыцарь уверен, что лес закончится в тот момент, когда он будет этого достоин и потому идёт. Любой современный человек просто упал и умер, потому что понял бы, что если здесь такие густые заросли, то людей поблизости нет. А Прекрасная Дама, как-никак, человек. А, следовательно, впереди либо та же глушь на сто километров, либо болото. Так что в том, чтобы истязать себя и дальше, абсолютно никакого смысла нет.

Артур, как мы уже сказали, шёл вперёд. И вдруг услышал знакомый писклявый голос.

– Левее возьми.

– Кто это?

– Никто – всего лишь говорливое и летающее никто…

Артур взял левее, глаза уже совсем заплыли гноем, но ему показалось, что ветки меньше стали раздирать его.


Вечер был просто сказочный. Даже сосны, окрашенные тёплым светом заходящего солнца, не были столь отвратительны. Элен одела тёмно-синее расшитое звёздами платье, и казалась совсем нереальной. Одинокая прекрасная дама, загнанная в сказку чередой трагических и нелепых событий, обречённая навсегда остаться красочной иллюстрацией в книжках для маленьких девочек: закат, башня, принцесса, обёрнутая в ночное небо. Она смотрит вдаль, придерживая изящной ручкой причудливый вытянутый головной убор, призванный скрыть уже довольно сильно отросшие рожки…

Но Элен было суждено дождаться своего принца. Тремя глазами она видела очень хорошо, как фигура мужчины отделилась от массива леса. Она почувствовала лёгкий укол разочарования:

– Ну, да… как по таким дебрям на белом коне проедешь…

Артур уже мало понимал происходящее. На задворках сознания появилась мысль, что больше его ничего не царапает, и стало как будто светлее. Он попытался раскрыть глаза. В узенькой щёлочке ему показался силуэт замка.

– Предсмертные галлюцинации, – решил Король и, поскольку стволы деревьев уже не удерживали его, рухнул на землю. Ему не оставалось ничего, кроме как смотреть сквозь щёлочку на небо. Но и его что-то загородило… лучистые глаза, платье, сотканное из звёзд, волшебная шляпа… как на картинке… и снова глаза… Они смотрели внимательно и с недоверием.

– Ты точно принц? – услышал Артур. Осмысление этого вопроса потребовало немало усилий.

– Эй, я спрашиваю, принц ты али как? – Элен воспитывалась без матери и общалась в основном с пьяным Ричардом и простолюдинами.

Артур качнул головой из стороны в сторону, собрал остатки сил и пересохшими губами произнес:

– Я король.

Последнее, что почувствовал Артур перед тем, как потерять сознание — его губ коснулись влажные, сладкие, нежные губы его Прекрасной Дамы. Боль в сердце отпустила.

– Всё это не больше, чем предсмертные галлюцинации, – утвердился в своём решении Артур и снова рухнул. На этот раз в небытиё.

Эпилог

Поиски Короля не увенчались успехом. Вся свита собралась в большом зале. Сообщить народу о смерти Короля на охоте? После стольких удачных Крестовых походов? Да и зачем Артур пошел в лес в одиночку? Король сошёл с ума? Похоже на то, если вспомнить его странный тост за оленя и голоса, которые он якобы слышал.

Но Лукреция умела сохранять хладнокровие и афористичность суждения даже в неординарных ситуациях. Сказанные фавориткой слова пережили многие века, лишь незначительно сократившись:

– Если мужчина совершает неадекватные поступки, то ищите женщину!

И отдала приказ составить список всех замков окрестных королевств, где ещё остались Прекрасные Дамы на выданье.

Конец


Спасибо вам за то, что дочитали до конца. Буду очень благодарна, если оставите отзыв о сказке. Ещё я подготовила для скачивания две своих новеллы:

Получить новеллу

Sunsets

О волшебстве в обычных

вещах и нас.

Спам — это скучно. Нет спаму. Powered by ConvertKit

Город, который не мог остановиться

White minimalist ice cream recipe ebook cover

18+

Три дня — три части. На чашку кофе с шариком магии.

Спам — это скучно. Нет спаму. Powered by ConvertKit

Если вам интересно читать мои тексты, предлагаю подружиться. Например, в FacebookВконтакте или в Instagram.

И, мой любимый жанр удалённой дружбы — в письмах. Даже когда я читаю электронные письма, до меня доносится уханье совы и аромат топлёного сургуча.

Давайте дружить!

O idkexpxaq

Буду делиться историями, идеями и вдохновением.

Обещаю не спамить. Powered by ConvertKit
Поделиться